Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
19:33 

Хуже, чем смерть

Sense of humour - that's kinda disease... In my case. Seriously.
От автора: на этот раз я решила попробовать свои силы в жанре хоррора, но, чувствую, ни фига у меня опять не получилось. Куча розовых соплей и сиреневых слезок... :shuffle2: Нет хэппи-энда, что на меня не похоже (ведь я с пеной у рта всегда утверждала, что ничего плохого с моими любимцами в моих фиках не случится). Не бечено (за исключением Word-а, как и все мои фики), так что, все, что плохо - то мое. Комментарии более, чем приветствуются.
Предупреждение: смерть персонажа, тяжелые душевные переживания, насилие и жестокость.
Пейринг: Брэдли Джеймс/Колин Морган
Жанр: RPS, AU (так как кармическая справедливость просто не допустит, чтоб такое произошло). Слэш, но очень легкий.
Рейтинг: не знаю, никогда не умела выставлять. Но детям до 8 не рекомендуется из-за присутствующих сцен насилия.

Хуже, чем смерть

- Мы безнадежно заблудились! – пожаловался молодой брюнет, отворачиваясь от лобового стекла и скрестив руки на груди.
- Ну конечно, Кол, когда мы нарезали круги по автобану – мы осматривали окрестности. И точно знали, куда направлялись – ведь ты был за рулем. А когда я решил срезать сорок миль по проселочной – то мы сразу заблудились! – разозлившись, блондин слишком резко переключил передачу, отчего двигатель издал хрипящий рык, но продолжил работу.
- Угробишь машину – сам будешь объясняться с автопрокатом, - добавил брюнет безразличным тоном.
Блондин открыл было рот, чтобы ответить какой-нибудь грубостью, но промолчал, тряхнув головой и рассыпав по глазам отросшую за лето челку. Следующие несколько минут они провели в тишине.
- Поверните направо, - послышался механический голос GPS-навигатора.
Включив поворотник, блондин начал искать глазами ответвление от дороги, но, проехав пару миль, так ничего и не увидел.
- Что за чертовщина?! Нет здесь никакого поворота! – прорычал он себе под нос.
- Брэдли, может, остановимся и попытаемся разобраться в карте? – предложил брюнет.
По его голосу было понятно, что он хочет избежать очередной ссоры. Так и не заметив ни намека на поворот, светловолосый парень крепче сжал руль и процедил сквозь зубы:
- Уже пробовали! Помнишь, там, на автобане? Копались в ней целых полчаса, картографы недоделанные! А все из-за чего? Из-за того, что наш умница Колин Морган пропустил нужный поворот!
- Брэдли, я уже извинился…
- Трижды, Кол, ТРИЖДЫ! Как можно ошибиться три раза подряд?! – прокричал блондин, ударив ребром ладони по рулю. Руку тут же пронзила тупая боль, отчего он зашипел, но руль не отпустил.
- Я... Я же… - начал было Колин. Но продолжения не последовало.
Когда утихла боль, заставившая блондина взять себя в руки, он понял, что перегнул палку. В подтверждение этому он услышал всхлипывающие звуки. О нет! Он опять довел Колина до слез. Если бы мог, он бы сам себе отвесил подзатыльник. Почему он постоянно ведет себя, как последняя свинья?
- Кол, солнце мое, извини! Я не хотел! Ну родной, ну прости меня пожалуйста!
С замиранием сердца он потянулся за рукой брюнета, боясь больше всего, что тот ее отдернет. Но нет: их пальцы переплелись в знакомом жесте, отчего у блондина еще больше защемило в груди.
- Я свинья, Кол, я не должен был срываться на тебе… - Брэдли успокаивающе начал гладить ладонь любимого, такую хрупкую и прохладную по сравнению с его широкой пятерней, всегда горячей, как печка.
- Да ладно… Я тоже хорош. Наверное, на том автобане я один умудрился заблудиться, - ответил брюнет, вытирая свободной рукой выступившие слезы.
- А я всегда говорил, что ты у меня особенный! – заверил его блондин, точно зная, что это вызовет улыбку на заплаканном лице. Брэдли не переносил слез как таковых, а слезы Колина ранили его особенно сильно, словно тупой нож по вскрытому сердцу.
Услышав смех Колина, он вздохнул с облегчением, обрадовавшись, что риск все испортить и разрушить то волшебное, что есть между ними, миновал. Хотя бы на этот раз.
Только сейчас он отважился повернуть голову и посмотреть на брюнета. Тот улыбался, хотя следы недавних слез были все еще заметны: немного распухший нос и покрасневшие белки, делавшие синеву его глаз какой-то нереальной.
Чересчур поздно он понял, что совершил роковую ошибку, перестав следить за пустынной на первый взгляд дорогой. Грузовик, летевший на них справа, с тот самого поворота, заявленного GPS-навигатором, казалось бы, вечность назад, оказался слишком близко, чтобы избежать столкновения. Брэдли вывернул руль изо всех сил, но это не дало никакого результата. Сильнейший удар вышиб весь воздух из его легких, не дав закричать. Последнее, что он запомнил, был звон бьющегося стекла и жуткий хруст металла. И дальше – ничего.

Он очнулся в высокой траве, в кювете. Пахло гарью. Он поднял голову и тут же был ослеплен ярким пламенем – это догорали грузовик и их машина. НЕТ! Колин, где Колин? Он не мог, не мог остаться внутри! Они оба были пристегнуты, но его выбросило из кабины, значит, и Колин должен быть где-то неподалеку.
-КОЛИИИИИИИИИИИН!!! – заорал Брэдли, пока не захлебнулся густым дымом.
Глаза нещадно резало, слезы текли грязными ручьями по испачканным сажей щекам, ноги подчинялись неохотно, будто не свои. Но он шел, прикрывая лицо рукавом изодранной куртки, шел к горящим останкам, совсем недавно бывшим двумя средствами передвижения. Блондин не замечал, что с ладони капала кровь, каждый вдох давался с трудом, голова кружилась неимоверно, во рту, казалось бы, навсегда пересохло, а в глаза затекала какая-то жидкость. Он лишь смахивал с бровей липкую влагу, пытаясь разглядеть в траве знакомый силуэт в ярко-синей куртке. Но ничего не находил, кроме покореженных деталей автомобилей. Проходя мимо кабины грузовика, Брэдли пытался рассмотреть сквозь пламя тело водителя, но там было пусто. Подойдя ближе к своей машине, он с облегчением убедился, что и пассажирское место пустовало. Обойдя груду железа кругом, парень заметил, как в дальних кустах мелькнуло что-то синее. Подбежав ближе, он узнал куртку брюнета. Тот лежал лицом вниз и не шевелился. Упав перед ним на колени, блондин схватился за его плечи, собираясь перевернуть, но вовремя вспомнил, что двигать раненого запрещено, пока не выяснится, что с его позвоночником все в порядке.
- Колин! – позвал он севшим голосом. Откашлявшись, он повторил, громче и настойчивее:
- Колин, очнись! Это я, Брэдли.
Но ответа не было.
- Кол! Приди же в себя! – нотки отчаяния появились в его голосе.
Трясущимися руками он потянулся к шее юноши, но, как ни старался, не мог нащупать пульс.
- Кол, не пугай меня! Очнись! Ты жив! Ты не можешь умереть – ты жив, просто в отключке!
От страха у Брэдли все закружилось перед глазами, он оперся на локти и приложил горящий лоб к необычно холодным рукам.
- Ну давай же, Кол! Очнись! Не оставляй меня, помоги мне тебя вытащить!
Приподнявшись, он все же перевернул Колина лицом вверх, тут же прильнув к его груди, пытаясь расслышать биение родного сердца. Но услышал только пугающую тишину. Сквозь липкий ужас, сковавший все его внутренности, он посмотрел в мертвенно-бледное лицо брюнета, на его посиневшие губы, на закрытые глаза под сдвинутыми, будто от боли, бровями. Движимый последней надеждой, он раздвинул знакомые до последней трещинки губы и начал вдыхать в них весь кислород, помещавшийся в его легких. Вопреки доводам рассудка он продолжал делать Колину искусственное дыхание, непрямой массаж сердца, то и дело проверяя, не появился ли пульс. Но пуль не мог появиться в уже успевшем остыть теле. Не замечая, что плачет навзрыд, он обнял брюнета, укачивая его, будто ребенка, и продолжая уговаривать не умирать. Он понятия не имел, сколько так просидел, и не заметил, что солнце клонилось к закату, а остовы машин почти догорели. Будто в тумане, он поднял тело Колина на руки, отнес его к ближайшему дереву, опустил с максимальной осторожностью, сложив руки на груди, поправил одежду, волосы, вытер его лицо от грязи и крови, в которых, очевидно, он испачкал его сам, и укрыл своей курткой. Прощаться он не стал, так как знал, что скоро к нему присоединится, ведь он не представлял себе жизни без любимого.
Очнулся от оцепенения он только на обратном пути к дороге, запнувшись о камень и упав, не удержавшись на плохо слушающихся ногах. От боли и копоти, заполнившей, как ему казалось, все внутри, его вырвало. Чуть позже он заметил, что по руке все еще стекает кровь, а челка, прилипшая ко лбу, уже покрылась коркой. Из последних сил он стянул с себя рубашку, обнаружив на плече глубокий порез. Разорвав рубашку, он перетянул плечо выше пореза, чтобы остановить кровь. Грудь все еще ломило при каждом вдохе – значит, не обошлось без нескольких сломанных ребер.
На улице почти стемнело, Брэдли плохо понимал, что ему сейчас делать. Он вышел на середину дороги и осмотрелся по сторонам. Вокруг было одно сплошное ничего: пустынное поле, насколько хватало взгляда. Но вдруг вдалеке что-то мелькнуло. Что-то, похожее на огонек. «Там могут жить люди», - подумал блондин. Они уже ничем не помогут, но надо было хотя бы заявить о происшествии. Сознаться, что это он спровоцировал аварию и сдаться на милость властям.
Действие адреналина проходило и все раны на его теле начали болеть сильнее. К тому же, он начал чувствовать, как холод пробирал до костей. Шутка ли – разгуливать холодной октябрьской ночью в одной футболке, пропитанной кровью и потом?
Пробираясь почти на ощупь по полю, Брэдли двигался навстречу одинокому огоньку, который оказался на удивление далеко от дороги. В голову лезли мысли, от которых можно было свихнуться. Почему? Почему выжил он, а не Колин? Как можно было уцелеть, когда основной удар пришелся на его сторону автомобиля? И вообще, на кой черт нужны дорогущие тачки, оснащенные навороченной системой безопасности, подушками и прочей ерундой, если от них нет никакого толка? Как он еще осмеливается дышать, когда весь смысл его жизни сейчас лежит под деревом, около покореженных останков автомобиля? Какой же это бред – любовь до гроба, заверения, что без любимого его жизнь кончится… Вот он: живой и относительно здоровый, плетется сейчас по этой Богом забытой дыре. Ум подсказывает лечь и умереть, совесть нашептывает о наказании за содеянное, а чувства… Что ж, чувств уже нет: они умерли, сгорев в той злосчастной машине. Сейчас нужно было только дойти до людей, рассказать им о случившемся и провалиться в манящую темноту, где не будет ничего, кроме покоя.
Уже почти подойдя к запущенной ферме, ему показалось, что что-то там было не так. Его инстинкты просто выли об опасности. Он бесшумно подошел к дому, прижался спиной к стене амбара и начал слушать:
- Черт подери, его нигде нет! – раздался чуть писклявый голос какого-то подростка.
- Ищи лучше, - ответил ему бас. – Он мог выпасть из машины и уйти полем!
Говорили либо о нем, либо о водителе грузовика.
- А, может, там вообще никого не было? – снова писклявый подросток. Раздался звук затрещины.
- Совсем придурок? – бас. - Думаешь, в той машине тоже кинули кирпич на педаль газа и пустили покататься?
- Если уж я ставлю ловушку, то уверена, что в нее кто-то попадется! – голос женский, но низкий и хриплый, будто прокуренный.
Так, значит не было никакого водителя грузовика! На них с Колином поставили капкан, как на диких зверей! Но зачем?
- Не боись, к утру изловим! – успокоил бас остальных. – Если даже там был один человек, нам его хватит до конца года!
- Жалко, если один, - опять пискля. - Тех туристов мы около года доедали!
Дое… Что??? Быть того не может! Брэдли, конечно, видел много ужастиков, но никогда и мысли не допускал, что такое бывает на самом деле. Все прямо как по самому дрянному сценарию: ночь, пустырь, семейка каннибалов, трясущаяся от страха блондинка. Ну, в данном случае блондин. Вот только быть визжащей девчонкой он не собирался. Надо было уходить, и как можно быстрее. Добраться до машины, забрать с собой тело Колина и бежать прочь от этого проклятого места. И успеть до рассвета, иначе утром он будет у них, как на ладони.
Аккуратно отступая, он наступил на какую-то сухую ветку, предательский треск которой раздался, словно выстрел в ночи. Проклиная себя последними словами, он начал метаться в поисках укрытия, но было поздно. Жуткая семейка его заметила и начала погоню, по ходу пытаясь его подстрелить из дробовика. Оббежав амбар кругом, он попытался скрыться за домом, но сразу после поворота заметил бегущую на него женщину, одетую в какие-то лохмотья. Путь вперед и назад был отрезан, и Брэдли кинулся в сторону, петляя, как заяц, чтобы уйти с линии огня. Из-за сломанных ребер дышать было адски больно, что существенно снижало его скорость и выносливость. По стихающим крикам преследователей он понял, что ненадолго оторвался, и, заметив в паре метров от себя сломанный трактор, забрался под него, чтобы перевести дух. Он не слышал ничего, кроме пульса в ушах. Сердце билось как бешеное, казалось, разнося его стук на многие мили вокруг. Глаза привыкли к темноте, и он начал различать движущиеся фигуры на фоне освещения дома. Самая крупная, с дробовиком – очевидно, это был отец семейства – расхаживала вдоль дома, то и дело вглядываясь во тьму. Фигура поменьше, с растрепанными волосами – мать – ходила с фонарем вокруг всех строений. Но сынишку – того писклю – нигде не было видно, что заставляло сердце Брэдли покрываться ледяной коркой страха. Дождавшись, когда здоровяк отведет дробовик подальше в другую сторону, блондин начал как можно тише вылезать из-под трактора. Уже поднимаясь на ноги, стараясь удержать равновесие, он услышал шелест опавшей листвы за своей спиной. В момент он развернулся, но, все равно, не достаточно быстро, чтобы отразить удар маленького гаденыша себе в грудь, как раз по сломанным ребрам. Взвыв от боли, Брэдли упал на землю, но тут же был схвачен за волосы и насильно поднят на ноги.
- Ага! Попался! – радости пискли не было предела. Он улыбался, скалясь на блондина черными от гнили зубами. – Отец, мать, я его нашел! Идите сюда! – заорал он на всю округу.
Уж точно не планируя дожидаться встречи с родителями, Брэдли из последних сил вывернулся из цепких лапок подростка, отбросил его назад самым сильным ударом, на какой был в тот момент способен, и побежал прочь, не разбирая направления – стараясь оказаться как можно дальше от огней того проклятого дома.
Он бежал в темноте, казалось бы, вечность. Ни звуков погони, ни выстрелов слышно не было. Немного успокоившись, он замедлил бег, а потом и вовсе остановился, пытаясь восстановить дыхание. И как раз в тот момент, когда он стоял согнувшись, уперевшись руками в колени, раздался выстрел, просвистевший почти над его головой. Как шальной, Брэдли снова побежал, стараясь пригибаться как можно ниже, чтобы спрятаться в высокой траве. Он опять не разбирал направления, то и дело падая, следя лишь за тем, чтобы впереди была кромешная тьма – только не огни той фермы. Уже думая, что вновь оторвался, он услышал рев двигателя, и через минуту половина поля перед ним была освещена фарами внедорожника, за рулем которого, очевидно, ехала мать, а отец сидел рядом и палил по нему, по Брэдли, из дробовика. Мозг блондина отказался продолжать борьбу за жизнь, уступая свое место первобытным инстинктам выживания. Не осознавая всю обреченность своего положения, он побежал прочь от преследователей, но что могли его измученные ноги против мощного мотора? Машина настигла его меньше, чем за минуту. Движимый желанием выжить, Брэдли пошел на самый рискованный шаг: кинулся на землю, прикрыв голову руками, чтобы оказаться посередине колеи. В первый раз за вечер удача улыбнулась ему: план сработал и внедорожник проскочил над ним. Тут же поднявшись, он побежал в другую сторону, отыскав глазами придорожные заросли. Пока преследователи соображали, куда могла деться их добыча, пока они сбрасывали скорость и разворачивались, блондин успел добежать до зарослей, спрятавшись в самых густых кустах. Дальше он мог надеяться только на чудо: что они так и будут рыскать по полю, отдаляясь от дороги, решив, что он побежал обратно к дому.
Так и случилось: еще полчаса внедорожник покрутился по полю, а потом поехал назад, на ферму. Скорее всего, они решили дождаться утра, чтобы возобновить поиски. Брэдли только сейчас успокоился достаточно, чтобы вновь начать мыслить логически. И эти мысли его не радовали. Судя по ощущениям, он ушиб и поранил себе все, что только было возможно. В таком состоянии он не выдержит очередной погони, а ручаться, что на утро его оставят в покое, он не мог. Оставалось либо дожидаться своей участи, либо продолжать борьбу. Но как раз бороться у него не было больше сил. Да и зачем? Что ему оставалось в жизни, когда с ним не было Колина? Это и жизнью то назвать было нельзя – так, существование… По сути, он заслужил все то, от чего сегодня убегал – ведь он не уберег того единственного, ради кого просыпался каждое утро. Ему бы взять и умереть, но инстинкты перепуганной скотины гнали его вперед, заставляя делать каждый шаг, который он был делать не согласен. Если он выберется отсюда, все начнут его жалеть, говорить, что это не его вина, что никто не мог такого предвидеть. Возможно, его даже не посадят за преступную халатность за рулем. Но это ничего не изменит. До конца своих дней он сам будет себя наказывать, скрывая под маской энергичного и жизнерадостного парня мертвую душу.
Такие мысли, в добавок к очередному оттоку адреналина из крови, начали его убаюкивать, заманивая в спасительную тьму. Как мог, он старался удержать себя в сознании, чтобы не пропустить случайно проезжающую машину – ведь должен же здесь хоть кто-нибудь ездить! Так он просидел почти до самого рассвета. Тьма вокруг начала рассеиваться, хоть ночь не до конца еще уступила свои права. И тут…

Патрульная машина!
Наконец-то! Он спасен!
Он выбежал из своего укрытия на дорогу, размахивая руками и прося остановиться. Машина встала в нескольких метрах от него, ослепляя светом фар. Вспомнив, что весь перепачкан в крови, он поднял руки на уровень плеч, показывая, что он не вооружен и не представляет угрозы. Офицер медленно вышел из машины, на ходу говоря что-то по рации. От облегчения, что этот кошмар почти закончился, на глазах Брэдли выступили слезы. Прикрываясь ладонью от яркого света, он всмотрелся в лицо офицера.
Спасение пришло.
Но тут офицер улыбнулся, обнажив в кривой ухмылке черные гнилые зубы.
Или нет…

КОНЕЦ


@музыка: Wayne Jackson - Hallelujah

@настроение: осенний депресняяяяяяк...

@темы: AU, Bradley James, Bradley/Colin, фанфикшн

URL
Комментарии
2010-11-10 в 21:50 

Да, я безумец для таких, как все те, Кто ходит под окнами в броне скептицизма. Отдайте должное былой красоте, Мир магов и фей блистает дивной харизмой! (с)Артур Утёрович Пендрагон
KittenNamedElle женщина, я боюсь такое читать. :laugh:

2010-11-10 в 23:13 

Sense of humour - that's kinda disease... In my case. Seriously.
Илатан , и что, так и не прочитала? :-D

URL
2010-11-10 в 23:57 

Да, я безумец для таких, как все те, Кто ходит под окнами в броне скептицизма. Отдайте должное былой красоте, Мир магов и фей блистает дивной харизмой! (с)Артур Утёрович Пендрагон
2010-11-11 в 00:18 

KittenNamedElle
Sense of humour - that's kinda disease... In my case. Seriously.
Илатан, Ну что ж, нет так нет - может, и не стоит - мне самой как-то противно стало, когда я это в финальной редактуре перечитывала... :shy:

URL
2010-11-18 в 00:43 

KittenNamedElle
Sense of humour - that's kinda disease... In my case. Seriously.
Илатан, можешь прочитать этот фик - Марина уговорила меня написать продолжение. И оно-то уж будет с хэппи-эндом! :angel2: Или ты вообще не хочешь пугаться?

URL
2010-11-18 в 00:59 

Да, я безумец для таких, как все те, Кто ходит под окнами в броне скептицизма. Отдайте должное былой красоте, Мир магов и фей блистает дивной харизмой! (с)Артур Утёрович Пендрагон
KittenNamedElle да я слишком впечатлительная - мне потом не забыть ЭТО будет. :cool:

   

Galerie de glace

главная